Гуманитарная культура на рубеже веков

Б. В. Раушенбах
академик РАН, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии

[1]

XX век прошел под знаком впечатляющего развития естественно-научного знания и связанного с ним технического прогресса. Достаточно привести простое перечисление: наше столетие оставляет человечеству автомобильный транспорт, авиацию, радиосвязь, телевидение, опыт освоения космоса... Жизнь человека в начале века и в его конце разительно отличны. Неудивительно, что это породило чувство безграничной мощности человеческого общества, корни которого лежат в естественно-научном знании. Именно поэтому в середине века поэт Борис Слуцкий написал:

Что-то физика в почете,

Что-то лирика в загоне.

Убежденность во всесилии естественно-научного знания, его очевидные для всех успехи породили даже такое понятие, как «научное мировоззрение». Оно должно было прийти на смену патриархальным представлениям о добре, зле и смысле человеческой жизни, а в его основе лежат те самые впечатляющие совершенные естественно-научные знания.

Постепенно стало выясняться, что «научное мировоззрение» существовать не может, что человек получает информацию, определяющую его поведение, не только на пути естественно-научного, основанного на формальной логике, знания, но и на некоторых внелогических путях. Что его мировоззрение должно быть «целостным», где естественнонаучная часть составляет лишь половину, а другой половиной является нечто внелогическое, чем пытались раньше наивно пренебречь.

Красота, любовь, дружба не подчиняются законам формальной логики и лежат вне естественно-научного знания. А без них человеческая жизнь перестает быть истинно человеческой. Более того, внелогические импульсы оказались и в логическом знании. Даже математика, логическая сущность которой очевидна, знает такое внелогическое понятие, как «красивое доказательство». В человеческой деятельности логическое и внелогическое тесно переплетены, и поэтому в передовых высших учебных заведениях физико-математического профиля стали читать курсы подчеркнуто внелогического характера, такие, например, как эстетика. Это помогает, как оказалось, усваивать и дисциплины математического характера.

В силу сказанного видится очевидным, что гуманитарные знания, гуманитарная культура становятся чем-то очень нужным и для тех, профессия которых лежит далеко от этой сферы. И эта тяга к гуманитарной культуре будет, скорее всего, увеличиваться по мере того, как все более мощным будет становиться материальное могущество людей, основанное на все растущем естественно-научном знании. С ростом этого могущества человечеству придется решать все более сложные этические проблемы, и часто решающее слово будет принадлежать не тем, которые аргументируют расчетами, а тем, которые основывают свое мнение на вечно юном опыте тысячелетней гуманитарной культуры.

Поиск

Подписаться на новости