Версия для печати
Культура в условиях административной и бюджетной реформ
А.Я. Рубинштейн директор Института социальной экономики РАН, доктор философских наук, профессор (Москва)
Страницы данного текста:
1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9
1. О непопулярности реформ и российском парадоксе
Слова «непопулярные реформы» еще до недавнего времени были у нас своеобразным брендом и даже специфическим признаком либеральных преобразований. К тому же у большинства россиян складывается неверное и дискредитирующее рынок впечатление о том, что непопулярные реформы являются обязательным атрибутом экономической либерализации. На самом деле здесь нет прямой связи. Причины нелюбви народной кроются не в либеральных экономических теориях, а в ошибочной практике реформаторов.
Рынок — величайшее достижение цивилизации. Однако и он не всемогущ, и он допускает ошибки, названные «провалами рынка». Именно в такие «провальные зоны» и попадает большинство организаций культуры. И, кажется, нетрудно понять: если рынок справляется сам, государству вмешиваться не надо, если же такое вмешательство необходимо, то оно должно обеспечивать улучшение условий культурной деятельности. В создании подобной системы хозяйствования, собственно, и состоит смысл правильных либеральных реформ. Парадокс нашей жизни заключается в том, что в отношении культуры и всей социальной сферы действия государства носят явно недружественный характер. В качестве примера назову гл. 20 налогового кодекса РФ, печально знаменитый Закон № 122, проектируемые реформы в области образования и науки и многое другое. Но сначала несколько общих замечаний.
2. Под вуалью либеральной риторики
Содержание административной и бюджетной реформ, затрагивающих культуру и весь социальный сектор, было изложено в специальном докладе, подготовленном сотрудниками Высшей школы экономики[1]. Доминантой этого доклада стал тезис о «либеральной альтернативе», фактически отождествляемой авторами с сокращением бюджетного сектора, которое они декларируют в качестве необходимого условия экономического роста. Изучение этого доклада дает основание утверждать, что в основе такой жесткой нормы лежит не объективный анализ фактов, а скрытые ценностные суждения и личные представления авторов.
Истинная же мотивация экономических ведомств может быть выражена простой формулой — «меньше бюджетных обязательств и больше собственной свободы в использовании бюджетных средств». Речь идет не только об антилиберальной практике профицитного планирования бюджета, создания стабилизационного фонда и фактическом уводе значительной части бюджетных средств от общественного контроля над их использованием. Я имею в виду гипертрофированную власть и даже диктат финансового ведомства в управлении экономикой от разработки экономической стратегии и до почти «национальной дилеммы»: на что же должны тратить бюджетные средства конкретные учреждения — «на карандаши или ластики».
Страницы данного текста:
1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9
Примечания к тексту
[1] См.: Доклад Экспертного института, подготовленный авторским коллективом под научным руководством и под редакцией Е. Ясина: Бремя государства и экономическая политика (либеральная альтернатива) // Общество и Экономика. 2002. № 10–11.
[2] Принципы реструктуризации бюджетного сектора в Российской Федерации в 2003–2004 гг. и на период до 2006 г.
[3] Все мои попытки выяснить реальные случаи «субсидиарных расходов» государственного бюджета, ставших следствием невыполненных обязательств учреждений культуры, науки и образования, ни к чему не привели.
[4] Пример неудачных попыток трансплантации института стимулирования спонсорства. Теоретический анализ этого феномена содержится в статье: Полтерович В. М. Трансплантация экономических институтов // Экономическая наука современной России. 2001. № 3.
[5] Следует обратить особое внимание на абсолютно противоположную политику финансового ведомства, которую оно проводило прежде. Так, в 1990-е гг. наблюдалось очевидное сужение хозяйственных свобод организаций, пользующихся бюджетными средствами.
[6] Экономисты давно знают, что большинство организаций культуры страдают «болезнью Баумоля» и объективно нуждаются в поддержке государства. См.: Baumol W. J., Bowen W. G. Performing Arts: The Economic Dilemma. The Twentieth Century Fund. N. Y., 1966; Экономика культуры: учебник / отв. ред. А. Я. Рубинштейн. М., 2005.
[7] Некипелов А. Д. Государство и рыночные институты в современной российской экономике: доклад на Конгрессе РАСХН, 14 февраля 2005 г.
[8] В связи с этим мне вспоминается начало 1980-х гг., когда власть в очередной раз поставила задачу повышения результативности общественных расходов на культуру и искусство. Тогдашний министр культуры П. Н. Демичев считал необходимым «научное» решение проблемы. По его поручению несколько групп экономистов и социологов пытались найти решение на основе построения статистической зависимости общей производительности труда от числа посещений учреждений искусства. Тогда у ученых хватило здравого смысла и воли отказаться от работы над решением этой не вполне корректной задачи. Однако, как говорится, еще не вечер. Нечто подобное мы еще можем увидеть в новых попытках экономических ведомств.
[9] Некипелов А. Д. Указ. соч.
[10] Отмечу, что законопроект «Об автономных учреждениях», кроме указанных выше новаций в части ликвидации бюджетных обязательств, содержит еще несколько «вредных» статей. К ним относится положение об обязательном создании в этих учреждениях так называемых Наблюдательных советов с чисто надзорными функциями (ст. 9, 11, 12 и 13 проекта того же закона).
[11] Герман Греф категорически отказался распространить достигнутые договоренности не только на другие отрасли социальной сферы, но даже и на государственные образовательные и научные учреждения, находящиеся в системе Министерства культуры и массовых коммуникаций.
[12] Следует обратить внимание на то, что уже к настоящему времени проект Закона «Об автономных учреждениях» решено сохранить в первоначальной редакции Минэкономразвития, а все согласованные с СТД положения, в виде специальных норм для организаций культуры, переносятся в недействующий закон «Основы законодательства о культуре» с обещаниями его реанимации. А недавно стало известно, что Минфин возражает и против такой версии законопроекта, навязывая свою временную последовательность: сначала закон о внесении изменений и дополнений в бюджетный кодекс, а потом уже разговор о новых формах некоммерческих организаций.
[13] Указ Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 г. № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти». В сфере культуры этот указ обусловил создание Министерства культуры и массовых коммуникаций, Федерального агентства по культуре и кинематографии, Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям, Федерального архивного агентства и двух федеральных служб.
[14] Положение о Министерстве культуры и массовых коммуникаций Российской Федерации утверждено Постановлением Правительства РФ от 17 июня 2004 г. № 289.
[15] Положение о Министерстве культуры и массовых коммуникаций Российской Федерации, а также Положение о Федеральном архивном агентстве, Положение о Федеральном агентстве по культуре и кинематографии, Положение о Федеральном агентстве по печати и массовым коммуникациям утверждены постановлениями Правительства Российской Федерации от 17 июня 2004 г. № 289, 290, 291, 292.
[16] Речь идет именно о трактовке. Дело в том, что сам текст установленного порядка, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 1995 г. № 594 «О реализации Федерального закона “О поставках продукции для федеральных государственных нужд” (в ред. от 28 июля 2005 г.), допускает возможность управления и финансирования ФЦП государственным заказчиком-координатором, то есть непосредственно Министерством культуры и массовых коммуникаций.
|